На Главную.

 

Розин Александр.

 

                 СССР в строительстве ВМС Кубы.

                                                                              1  2  3  4  5  6  7  8  9

 

 6. Начало поставок советской военно-морской техники.

 

К середине 1961 г. небольшое число кубинских моряков были направлены в СССР для обучения. К этому времени - июлю 1961 г. флот получил ряд советских зенитных орудий, они были установлены, по крайней мере, на одном фрегате класса TACOMA. Кроме того американская разведка получила несколько сообщений о получении флотом оборудования из коммунистических стран, главным образом радаров и гидролокаторов, но они не были подтверждены.

В 1961 г. вышло Постановление Совмина СССР о поставке кораблей на Кубу.

Поставки военно-морской техники Кубе начались в начале 1962 г. они были вызваны попытками контрреволюционеров высадить десант и угрозой, исходящей от ВМС США. Кубинскому флоту были поставлены 6 малых противолодочных кораблей пр.122Б (по классификации НАТО - KRONDSHTADT) из состава дивизии охраны водного района Северного флота - «МПК-155», «МПК-159», «МПК-462», «МПК-464», «МПК-465», «МПК-479» и 12 торпедных катеров пр.183 (по классификации НАТО - Р-6),  в том числе «ТК-61», «ТК-1331», «ТК-1341», «ТК-1346», «ТК-1347», «ТК-1349», «ТК-1350», «ТК-1384», «ТК-1385».

Перевозка боевых катеров и кораблей осуществлялась из Мурманска, было задействовано шесть сухогрузов:

«Тбилиси» (типа Liberty, 8403 брт.)  вышел из Мурманска 18 декабря 1961 г., на борту 4 торпедных катера и 1 МПК «МПК-155» на буксире. Пришел в Гавану 17 января.

«Льгов» вышел из Мурманска 7 января. На буксире 1 МПК. Пришел в Гавану 9 февраля.

«Братск» вышел из Мурманска 22 января. На буксире 1 МПК. Пришел в Гавану 12 февраля.

«Балтийск» вышел из Мурманска 2 февраля. На буксире 1 МПК. Пришел в Гавану 26 февраля.

«Колхозник» (типа Liberty, 7300 брт.)  вышел из Мурманска 1 февраля, на борту 4 торпедных катера и 1 МПК на буксире. Пришел в Гавану 1 марта.

«Сталинабад» (типа Liberty, 8403 брт.)  вышел из Мурманска 27 февраля, на борту 4 торпедных катера и 1 МПК на буксире. Пришел в Гавану в конце марта.

Капитан парохода «Сталинабад» П.Грузинский вспоминал, как это было: «27 февраля 1962 года пароход "Сталинабад" (типа "Либерти") под моим командованием вышел из порта Мурманск в порт Гавана, имея в четырех трюмах оборудование, продовольствие, жмых и другие народнохозяйственные грузы, а в двух - артиллерийский боезапас и торпеды. На палубе были закреплены 4 торпедных катера. На буксире вели сторожевой корабль МПК-159 с экипажем и боекомплектом. В судовых документах значился генеральный груз.

Особую опасность при переходе представлял отрезок пути от Мурманска до выхода из Английского канала (шторм, плохая видимость), а также регулярные облеты самолетами НАТО на всем протяжении от мыса Буда (Норвегия) до берегов Исландии и входа в Английский канал.

В Английском канале нас сопровождал французский военный корабль.

На дальних подходах к берегам Кубы на широте Азорских островов облеты самолетами и преследования военными кораблями США участились.

На широте Азорских островов мы встретили крупную американскую эскадру, один из кораблей которой подошел на близкое расстояние  и запросил название судна, порт приписки, порт назначения и род груза. Корабль дважды обошел нас и вернулся в стой эскадры. При подходе к кубинским берегам в точке поворота на рекомендованный курс дрейфовал крупный корабль США. Облеты были непрерывными…»

Малые противолодочные корабли сопровождались нашими экипажами. Не обошлось без трагедии. 26 января 1962 г. при исполнении служебных обязанностей погиб на «МПК-155» старшина 1 -и статьи Трепацкий Владимир Иванович, 1939 года рождения, Украинская ССР, Житомирская область, Народичский район, с. Берестовец.

С катерами прибыли 14 советских специалистов катерников во главе с капитаном 3 ранга Морозовым Юрием Борисовичем. Началась  усиленная подготовка, многочасовые тренировки по обучению  морской профессии молодых кубинских парней. Для лучшего исполнения приказов   Морозов Ю. Б. выучил испанский язык. Знание этого языка помогало командиру в общении как с  младшими офицерами, так и с командованием   Кубы. По 4 дня в неделю «катерники» выходили в море для патрулирования кубинских  границ. Вскоре, три торпедных  катера были переведены в порт Сеньфуэгос. С них-то и начался первый дивизион на Кубе. Передача этих катеров была торжественной и волнительной. Командир  дивизиона  Рональдо  Руссо  снял  с  первого  катера военно-морской флаг и вручил Ю. Б. Морозову вместе с портретом-картиной Фиделя Кастро. После завершения передачи всех катеров, 11 моряков вернулись в Союз.  Три  специалиста  из  этой группы остались еще работать на Кубе. Командиру Ю. Б. Морозову объявили благодарность за образцовое выполнение  специального  задания, вручили ценный подарок, но  уже  дома, на Северном  флоте.

МПК пр.122Б были переданы кубинцам 22 июня 1962 г.

Весной 1962 г. в целях повышения боеспособности кубинского флота и передаче ему опыта в деле эксплуатации советских судов на Кубу было решено направить советских военно-морских советников. Так первый старший группы военно-морских специалистов, старший военно-морской советник при командующем кубинским флотом капитан 1 ранга Владимир Александрович Кузьмин который в то время являлся начальником кафедры ЧВВМУ им. П. С. Нахимова, получил предложение поехать в заграничную командировку 15 апреля 1962 г. Всего "кадрами" было отобрано на эту должность пять кандидатов,  в том числе три адмирала. Но Главком ВМФ  С.Г. Горшков утвердил В. Кузьмина. 

В начале июля 1962 г. на Кубу прибыли советники Западного и Центрального военно-морских районов  - Анатолий Александрович Цветков и Николай Данилович Солдатов, 22 июля самолетом "Аэрофлота"  в гаванский аэропорт прибыл и капитан 1 ранга В.А.Кузьмин. 23 июля он прибыл к старшему группы советских военных специалистов генерал-майору Алексею Алексеевичу Дементьеву. Из короткой беседы с ним он вынес одно: работать придется самостоятельно.

ВМС Кубы командовал 36-летний капитан 3 ранга Роландо Диас Астараин, начальником штаба был капитан 3 ранга Эмигдио Баес Виго, начальником оперативного отдела был назначен Тырса Виргос.

В.А.Кузьмин вспоминал: «Я понимал,  что решение любых вопросов мы могли осуществлять двумя методами: первый - кабинетный, второй - активный. Мы выбрали второй путь, когда советские специалисты ведут себя инициативно, постоянно находятся в курсе всего происходящего, бывают на кораблях и в частях, совместно с командирами национальных соединений вырабатывают решения и добиваются их неуклонного выполнения. Таким образом, советник в полной мере отвечает за свои рекомендации и видит результаты своего труда. Причем, решать вопросы предстояло без чьей-либо подсказки, быстро и фундаментально, т.к. этого требовала обстановка.»

В кратчайший срок ознакомились с состоянием дел, определили задачи по строительству кубинского флота, выдали рекомендации по скорейшему приведению его в готовность к отражению возможного нападения. Советники приняли самое активное участие в разработке руководящих документов, начиная с корабельного устава. Разработали план перевода сил флота в повышенную и полную боевую готовность и передали его кубинцам для рассмотрения и введения в действие. И естественно много ездили и летали по местам базирования флота определяя обьем работ на местах.

В.А.Кузьмин вспоминал: «Откровенно говоря, впечатления от посещения пунктов базирования и самих кораблей были не очень хорошие.» В течение конца июля - в августа главный военный советник при ВМС посетил Мариэль, Кабаньяс и Байя-Онду и ознакомился с основными соединениями и частями, успел написать две лекции. В 20-х числах августа был проведен сбор группы командующего и начальника штаба флота по оперативной подготовке по теме: "Ведение боевых действий силами корабельных соединений по отражению высадки десантных сил противника во взаимодействии с сухопутными войсками и авиацией". Он проводился методом докладов, семинара и группового упражнения. Это был первый, пробный сбор, но он дал очень много и, главное, заложил основу для проведения систематической учебы. В первых числах сентября В. Кузьмин вместе с начальником штаба Э.Б. Виго посетил Сьенфуэгос и Банес, ознакомился с условиями базирования и состоянием боеготовности в Центральном и Восточном военно-морских районах. Если говорить о результатах поездки, то они их не обрадовали: состояние кораблей, уровень боевой подготовки и боевой готовности были неудовлетворительными. Флот не мог по-настоящему вести боевые действия, оборонять побережье и участвовать в отражении десантов противника.

В.А.Кузьмин вспоминал: «В первые часы Карибского кризиса, были подняты по тревоге части и соединения ВМФ Кубы и прибывшие части Советского ВМФ. Их перевод на полную боевую готовность осуществлялся в соответствии с разработанными планами. Однако они не до конца были уяснены офицерами штабов и командирами некоторых частей. Не были созданы условия для рассредоточения кораблей. Возникали и другие проблемы, в т.ч. с погрузкой боезапаса. Особенно острой была проблема подачи торпед на торпедные катера. Без советских специалистов, только 21 октября прибывших в Гавану, трудно было привести их в соответствующую степень готовности. Но к 25 октября эта задача была решена. Готовность фрегатов к нанесению артиллерийского удара была очень низкой - в течение четырех лет они не стреляли. Поэтому в срочном порядке корабли были выведены в полигоны для стрельбы по щитам, подготовленным в "пожарном" порядке. Проводились и другие мероприятия.»

В связи с плохим состоянием торпедного вооружения, прибывшая группа специалистов, оказала помощь в проведении среднего ремонта торпед, строительстве и оборудовании торпедной мастерской при арсенале флота. 

В середине 1962 г. были подписаны контракты на поставку еще кораблей -  6 МПК (проект 201), 12 ТКА (проект 123К) и 10 радиолокационных постов. Договоренность об этом была видимо достигнута в ходе визита 2 июля 1962 г. в Москву министра обороны Кубы Рауля Кастро.

В начале августа 1962 г. с Балтики на Кубу прибыли катера. В разведывательных отчетах американцев упоминаются несколько судов доставившие на Кубу катера, которые не связаны с перевозкой ракетных катеров. Так  4 августа теплоход «Лесозаводск» в Гавану доставил катер или катера, а 9 августа пароход «Севастополь» 2 патрульных катера, 17 августа сухогруз «Аткарск» доставил катер или катера. Майор Обидин Николай Леонидович шедший на «Аткарске» вспоминал что на верхней палубе теплохода разместили катера зашитые в ящики, правда он говорит о 12 ракетных катерах, что явно не так. В средний трюм погрузили 8 деревянных контейнеров 6х6, а в остальных трюмах разместили до 1000 моряков (что тоже сомнительно) с разных флотов.

Нет ясности, что это за катера, в ряде западных публикаций «Handbook on the Cuban Armed Forces» DIA, 1979 г.  что это торпедные катера пр.123К (по классификации НАТО - P-4), там утверждается что в 1962 г. на Кубу были доставлены 4 таких катера. Но это могли быть и катера вспомогательного флота, ведь на Кубе были размещены дивизион ОВРа, части гидрографии.

О том что СССР планировал направить на Кубу торпедные катера, сообщала американская разведка. 13 сентября в докладе с ссылкой на источник в кубинском флоте говорилось что ожидается прибытие большого числа торпедных катеров и два противолодочных корабля на Кубу из СССР в конце 1962 г. и начале 1963 г.

8 октября 1962 г.  два торпедных катера были замечены как палубный груз на борту сухогруза «Двинолес», который шел с Балтики на Кубу. Американцами они  были определены как класс "P-6" - пр.183. На момент объявления блокады 24 октября все еще шел на Кубу, и повернул обратно.

 

Все это происходило на фоне продолжавшейся борьбы с флотом контрреволюционеров. Тем более что в ходе подготовке плана «Мангуста» агенты ЦРУ создали новое морское подразделение антикубинских сил, в составе которых были как минимум три корабля:

Корабль «Vilaro» (бывшее «Bárbara J») используемый как базовое судно, 180 футов, скорость 11 узлов, оснащен радаром. Экипаж 50 кубинцев, капитан американец. Вооружение 75-мм безоткатная пушка, 2 57-мм безоткатных орудия, 5х2 20-мм пушки и нескольких пулеметов 50 калибра. 

Корабль «Cutías», 54 футов, скорость 22 узла, есть радар. Кубинский экипаж из 15 человек. Вооружение  57-мм безоткатная пушка и три пулемета 50 калибра.

Корабль «REE FEE», 36 футов, скорость 40 узлов.  Кубинский экипаж 8 человек. Вооружение - 2 пулемета 50 калибра, 1 пулемет 30 калибра

Это новое подразделение и ранее созданные продолжали действия у побережья Кубы.

12 мая 1962 г. в районе Санта-Крус-дель-Норте (Santa Cruz del Norte) у кубинских берегов в ходе операции по перехвату, вооруженный катер «Susan Ann» группировки “Альфа-66” нападает на кубинское патрульное судно «SV-28» службы безопасности имевшее 3 членов экипажа и 5 бойцов,  вооруженное пулеметом 50-го калибра, новым не проверенным. Катер контрреволюционеров приблизившись на 25-30 метров открыл огонь из всех орудий. Огнем врага были убиты 3 и ранено 5  кубинцев. Несмотря на ранения оставшиеся отвечали противнику вынудив его уйти. На подмогу катеру из Гаваны вышел корабль «M-1», а из Матансас катера береговой охраны.  Поврежденный катер на буксире привели в порт, раненых отвезли в госпиталь. 

В начале августа катер контрреволюционеров напал на кубинское рыболовное судно «Cima 8» недалеко от Карденас, захватил его и привел в Ки-Уэст.

24 августа  базирующиеся в Майами (США) скоростной катер «Susan Ann» и 32-футовый катер -  яхта «Juanin»  организации  "Student Directore"  обстреляли береговую линию Гаваны, повреждена гостиница Sierra Maestra (девять его комнат получили повреждения), театр Chaplin и несколько студенческих гостиниц. Операция была выполнена катерами, которые пришли из  Соединенных Штатов, ее исполнителями называют кубинских эмигрантов -  Исидро Борхасу, Хуану Мануэлю Салвату и Лесли Нобрегасу (Isidro Borjas, Juan Manuel Salvat, и Leslie Nóbregas). Было выпущено 60 снарядов по прибрежному району кубинской столицы - Мирамар. 25 августа оба судна вернулись к флоридским берегам. Суда для вида были задержаны пограничной охраной, однако команды были отпущены на берег и никто не был арестован. После этой акции «Susa Ann»   отказали в базировании в США и ее перевели в Доминиканскую республику для продолжения действий против кубинцев, там она была разрушена во время беспорядков.  

30 августа 1962 г. один из двух кубинских патрульных судов класса GC-107 произвел несколько выстрелов по американскому разведывательному самолету Grumman S-2 когда тот находился  в международном воздушном пространстве в 15 милях к северу от Карденас (Cбrdenas).

10 сентября  рано утром быстроходный 40-футовый катер группировки "Альфа-66" обстрелял в кубинском порту Кайбарьен (Caibarien) находящиеся там суда, выпустив из автоматической пушки более 60 снарядов. Обстрел длился 2-3 минуты. В результате нападения были поражены два судна - кубинское «San Pascual», старый корабль, используемый для хранения патоки в него попало 18 снарядов  и британское грузовое судно «Newlane» (7043 тонн) получившее 13 попаданий. 

8 октября  приблизительно 20 контрреволюционеров организации Альфа 66 на двух катерах осуществили нападение с моря на кубинский порт Изабелы де Саги. Как заявили налетчики, они взорвали железнодорожную станцию и военный склад. Подтверждения с кубинской стороны не было.

13 октября 1962 г. в 23 км к северо-востоку от города Карденас  22 футовый катер контрас с 6 боевиками вооруженный 20-мм пушкой, бельгийскими пулеметами, базукой, встретил патрульный катер кубинской милиции такого же размера и потопил его из своей 20-мм пушки. Потопленный катер ранее был прогулочным катером и принадлежал богатому кубинцу, он был реквизирован и использован для патрулирования, вооружен пулеметом. Из 4 членов экипажа кубинского катера два спаслись вплавь, а двое раненые были захвачены контрреволюционерами и доставлены в Майами.

4 декабря 1962 г. два катера контрреволюционеров осуществили нападение на кубинской порту Кайбарьен (Caibarien).

 

 

Розин Александр

Назад. Оглавление.   Вперед.

 

                                                                        На Главную.